Игровой мир Picalevo создается в России. Топ-менеджеры столкнутся в нем с рейдерством и взяточничеством чиновников.

Игра, которая может показаться кому-то фарсом, уже неофициально рассматривается среди чиновников, заинтересованных в привлечении кадрового ресурса, – пишет «dp.ru».

Игра, рассчитанная на сотни тысяч пользователей, называется «Собственность», но начинается в виртуальном мире, называющемся Picalevo. Ее реализацией занимается ООО «Управляющая компания №1», которая участвовала в подготовке программы развития конкуренции в России, – сообщает «Газета.Ru».

Суть игры – создать виртуальный мир, в котором все его участники занимались бы предпринимательской деятельностью. При этом пользователи могли бы монетизировать свои услуги и получать реальные деньги на свои банковские счета. Планируется, что виртуальный мир создадут за 20 месяцев. Инвестиции в его реализацию составляют $5,6 млн.

Создатели Picalevo пока обещают, что в игре ее пользователи столкнутся с рейдерством, произволом чиновников и другими проблемами реального бизнеса.

Наконец-то отечественный автопром вырвался в первую пятерку мирового рейтинга. Но это не топ-5 самых надежных или самых быстрых автомобилей или автомобилей, получивших приз зрительских симпатий. По итогам 2008 г. «АвтоВАЗ» занял пятое место по размеру убытков.

Менеджмент оправдывается, что убытки объясняются ростом себестоимости из-за взлета цен на металлы, энергоносители и транспортные расходы. А вазовские лоббисты скорее всего уже снова добиваются дополнительной государственной поддержки для компании. Мы опять слышим проверенные временем популистские лозунги: «защита отечественного производителя», «сильная Россия невозможна без собственного автопрома», «социальные последствия от потери рабочих мест будут огромны». Как экономисты, мы считаем, что дальнейшая поддержка неэффективного «АвтоВАЗа», продолжающего в течение десятилетий производить машины низкого качества, за счет потребителей и налогоплательщиков обернется прямыми потерями как в краткосрочном, так и в долгосрочном плане.

С экономической точки зрения поддержка «АвтоВАЗа» не имеет смысла: это налог на остальные отрасли экономики и разбазаривание остатков резервного фонда. Продолжение поддержки «АвтоВАЗа» противоречит трем ключевым экономическим истинам. Во-первых, искусственное продление жизни неэффективных предприятий создает компании-зомби, замедляет экономический рост и затрудняет выход из кризиса. Во-вторых, прямая помощь нуждающимся (бедным, безработным и т. д.) намного эффективнее непрямой (т. е. помощи людям посредством поддержки предприятий, их менеджмента и собственников). В-третьих, банкротство не означает полного уничтожения компании.

Мы считаем, что российскому правительству не стоит использовать худшие примеры экономической политики США и других стран по поддержке автомобильной промышленности. Вывод очевиден: надо перестать тратить государственные деньги на поддержку «АвтоВАЗа».

Начнем с того, что государство в прошлом году уже выделило «АвтоВАЗу» существенную сумму. «Ростехнологии» получили из бюджета 25 млрд руб. и передали «АвтоВАЗу» 16 млрд руб. Во время кризиса такие огромные суммы уже перестали шокировать налогоплательщиков. Поэтому стоит задуматься, что можно получить за 25 млрд руб. Этих денег хватит, чтобы раздать по 250 000 руб. каждому примерно из 100 000 человек, работающих в компании, — сумма достаточная для переобучения или для поддержки после увольнения. На эту сумму можно купить приблизительно 50 000 отличных современных автомобилей того же класса, что «Жигули», только гораздо лучшего качества. А что уж говорить о том, сколько больниц можно переоборудовать на эти деньги, сколько детей можно отправить за рубеж лечиться, сколько молодых ученых можно поддержать. Сумма государственной поддержки действительно огромна, если перевести ее с абстрактных средств борьбы с кризисом на понятные каждому примеры.

Почему поддержка «АвтоВАЗа» с экономической точки зрения вредна, объяснить совсем не трудно. Первое из обоснований состоит в одном из самых главных достижений макроэкономической науки последних лет — теории эндогенного роста. Ученые Пол Ромер, Филипп Агийон и Питер Хоуитт, Элханан Хэлпман и Джин Гроссман описали и формализовали основные механизмы роста экономики. Корни понимания этих механизмов уходят к работам Йозефа Шумпетера, который первым указал на роль «созидательного разрушения». Рост возникает благодаря тому, что неэффективные, закосневшие компании погибают, а более гибкие и эффективные выживают и побеждают. Другими словами, разрушение необходимо для созидания, т. е. экономического роста. Последние исследования указывают на то, что примерно 50% роста производительности труда в долгосрочной перспективе создается именно за счет созидательного разрушения. Во время кризиса процесс созидательного разрушения должен еще больше поощряться — ведь именно этот процесс необходим для более быстрого возобновления роста. Нарушение процесса гибели и зарождения новых фирм чревато существенным замедлением роста. Уже стало притчей во языцех «потерянное десятилетие» экономического роста в Японии — 90-е гг., когда из-за поддержки компаний-зомби экономика практически не росла. «Живые мертвецы» опасны еще и тем, что они оттягивают дефицитные кредитные ресурсы и повышают издержки других компаний, например на заработную плату. Рабочие, уволенные с «АвтоВАЗа», могли бы быть наняты другой, более эффективной компанией. Тем самым поддержка «АвтоВАЗа» — как субсидиями, так и льготными кредитами — это налог на остальных производителей, обойденных вниманием государства.

Значительны и потери для покупателей. Постоянное повышение импортных пошлин приводит к тому, что в России все автомобили — и хорошие, и плохие — стоят дороже, чем в намного более богатых США. Впрочем, рекордные убытки «АвтоВАЗа» показывают, что даже эти завышенные цены недостаточны для того, чтобы компенсировать его неконкурентоспособность.

Вторая экономическая истина — прямые трансферты всегда более эффективны, чем непрямые. Мы преподаем эту теорему — и подтверждающие ее эмпирические исследования — в обычных магистерских и аспирантских курсах по экономике. Правительство должно повторять лоббистам: «Прямые трансферты более эффективны, чем непрямые». Не надо продлевать жизнь неэффективным предприятиям, удерживать непрофессиональный и коррумпированный менеджмент, а надо поддерживать напрямую рабочих, уволенных после банкротства. Надо помнить, что и в Тольятти, и в маленьких моногородах рынки труда неконкурентны. Рыночная власть на стороне работодателей, поэтому поддержка предприятий не доходит до рабочих, а оседает в карманах собственников и менеджеров. Кроме того, если производство убыточно, то тем более необходимо поддерживать людей напрямую — в том числе помогать им получить новую профессию или переехать в более перспективные регионы или города.

Часто приходится слышать аргумент, что поддержка «АвтоВАЗа» кормит не только 100 000 рабочих «АвтоВАЗа», но и рабочих их поставщиков, и продавцов потребительских товаров и услуг в Тольятти и соседних городах. Этот аргумент тоже не выдерживает критики. Такие мультипликативные эффекты возникают и при прямой поддержке. Для того чтобы увеличивать спрос в экономике, не обязательно производить не пользующиеся спросом автомобили из некачественных комплектующих — при этом мультипликативный эффект, безусловно, только снижается. Есть и другие способы потратить госсредства — например, стимулировать строительство недорогого жилья или субсидировать образовательные кредиты. Как правильно сказал министр образования Андрей Фурсенко, не стоит считать, что наши студенты хуже наших автомобилей.

Наконец, банкротство не означает ликвидации предприятия. Это понятно даже не экономисту, а просто каждому более или менее образованному обывателю. Ничего страшного не случится, если «АвтоВАЗ» или, скажем, General Motors обанкротится. Части предприятия будут проданы другим собственникам, которые смогут управлять этими активами более эффективно, смогут снизить издержки и производить более качественные и востребованные автомобили. Возможно, даже сохранится бренд Lada или Niva. Но чем дальше мы будем оттягивать банкротство, тем дороже оно обойдется и тем болезненнее будет реструктуризация.

Текст: Сергей Гуриев, Олег Цывинский.

Ведомости,

История с расстрелявшим людей в супермаркете начальником Царицынского ОВД столицы взбудоражила не только Москву. Беспричинная стрельба и смерть людей стали новостью всероссийского масштаба. В ту ночь начальник ОВД "Царицыно" не только расстрелял девять человек. В момент прибытия на место ЧП милиционеров он под дулом пистолета выстраивал женщин у стены, а затем открыл огонь по своим коллегам.

"Мы подъехали к супермаркету "Остров" и сразу увидели убитого водителя "Шевроле". Он лежал у своей машины, неподалеку от дороги. Потом увидели раненого парня, который позднее умер в больнице. К нам подбежали потрясенные люди: они рассказали, что милиционер, устроивший бойню, сейчас во дворе магазина. Мы сначала не поверили, что это милиционер", - цитируют "Известия.ру" слова участника задержания старшего сержанта Алексея Контиева. В составе экипажа ППС помимо Контиева был сержант Сергей Монахов. "Мы въехали во двор как раз в ту минуту, когда он под дулом пистолета выводил из подсобки женщин и расставлял у стены. Осветили двор фарами и приказали бросить оружие. Вместо ответа он начал стрелять в нас. Мой напарник Сергей Монахов прыгнул в мусорный бак, а я спрятался за угол. Началась перестрелка. Пули впивались в мусорный бак, но не пробивали его, потому что стрельба велась из пистолета ПМ, а 30 метров для него - большое расстояние", - рассказал старший сержант.

По его словам, через несколько минут подъехала вторая патрульная машина - в ней был начальник взвода ППС 31-летний лейтенант Андрей Бородич, который и скрутил обезумевшего Евсюкова. "Наш взводный, Андрей Бородич, проходит мимо наваленных у двери ящиков - и вдруг выстрел. Евсюков стрелял в него буквально с двух метров. Бородич был без бронежилета, как его пулей не срезало - просто чудо", - сообщил Контиев. По словам милиционера, Бородич с первого удара выбил пистолет из рук Евсюкова. "Завязалась борьба. Убийца отчаянно сопротивлялся, но втроем мы его скрутили, надели наручники. Евсюков, кстати, на вид был не очень пьяный. Но взгляд совершенно бессмысленный. Зверский какой-то. Он ругался, орал: "убью", "пересажаю". Но мы тогда так и не поверили, что он милиционер", - сказал участник задержания.

• По этой теме
• Почему Медведев уволил Пронина
• Медведев занялся делом майора-убийцы
• Делом милиционера-убийцы займутся в СКП
•  

• Новости "Авто"
• ГИБДД получит новый повод лишать прав
•  

В правоохранительных органах сообщили, что Дениса Евсюкова год назад уже задерживали за стрельбу в общественном месте. Майор точно так же напился в кафе и стал палить из пистолета. Сотрудники кафе вызвали милицию, его скрутили и увезли. Однажды, будучи в состоянии алкогольного опьянения, он гонялся за посетителями ресторана с баллончиком слезоточивого газа. Тогда Денис еще не был начальником отдела ОВД "Царицыно", а занимал должность заместителя начальника в ОВД "Чертаново Южное". Скандал был нешуточный, однако тогдашний начальник Евсюкова был так к нему расположен, что замолвил словечко перед начальством УВД Южного округа Москвы. Усилиями генерала Агеева дело удалось замять, а в 2008 году Евсюков и вовсе занял должность начальника ОВД "Царицыно". Месяц назад Евсюков был задержан сотрудниками ГИБДД округа. Начальник ОВД "Царицыно" был настолько пьян, что у него пришлось забрать водительское удостоверение. Правда, через неделю документы вернули.

Как пишет "Комcомольская правда", начальство этого майора давно знало об огнестрельных подвигах своего подчиненного и вместо того чтобы убрать его из милиции, повышало по службе. Коллеги Евсюкова считают, что у него был высокий покровитель.

Более того, как утверждают коллеги Евсюкова, он страдал патологическим опьянением и в этом состоянии терял над собой контроль, был агрессивен. После того, как Евсюкова задержали после убийств в супермаркете, эксперты нашли в его крови два промилле алкоголя. Как рассказали коллеги Евсюкова, ему нужна была минимальная доза алкоголя, чтобы потерять разум. "Офицеры говорили, что Евсюков был "зашит", а месяц назад "развязался". А потом закодировался", - заявили коллеги милиционера. По словам врача-нарколога, когда человек закодирован, притом закодирован против воли, под нажимом семьи или коллег, то он испытывает колоссальный стресс. "Он словно сжатая пружина. Всегда напряжен. Всегда на нервах. Подсознательно ждет, когда закончится срок кодировки. И, кстати, многие не дожидаются", - сообщил он.